Scroll to top
en ru

СОВЕТСКАЯ МАНДАЛА

«Смысл»

Тибетский перевод санскритского слова «мандала» (dkyil-‘khor) буквально означает «то, что окружает центр». Центр несет в себе значение, а его окружение – Мандала – является представленным в форме круга символом, который выражает это значение. Хотя не все Мандалы имеют круглую форму.

Иными словами, Мандала – это силовое поле, графический символ, схема мироздания. В широком смысле слова, это вселенная в миниатюре, это базовый принцип, картина мира Тибетского Буддизма, Центр которого, в то же время, является точкой, дающей начало образованию «мира форм» – всего сущего. И этот принцип проецируется на все в нашей вселенной, как говорят буддисты.

Мне эта схема показалась надежной. И стало любопытно, что же являлось Центром у советского народа? Что несло в себе смысл, форму, значение?

Вера в «светлое будущее» – коммунизм?

На бытовом уровне центральное значение у всех советских трудящихся имела «ячейка общества» – семья. А по утверждениям многих русских писателей и мыслителей, этим Центром для русского народа являлось православие.

Православная эстетика во времена «застоя» вовсе исчезла из городов. Редко у кого висели кресты и иконы. Наверное, только у старушек да у художников в мастерских я видел на стенах, среди множества картин, в красном углу иногда висела икона. Не принято было носить даже нательные кресты.

Скажем так, атрибутика исчезла, а обряд крещения остался. Но это, как и множество других парадоксальных неопределенностей, дает благодатную почву для фантазии.

Что же пришло на смену религиозной эстетике? Что появилось в домах, на стенах, в красном углу, что стало сакральным Центром, вокруг которого выросла вся советская Мандала?

В 60-70-х годах советская семья с достатком уютно окружала себя коврами, утепляя тонкие хрущевские и брежневские бетонные стены. В эти же годы появился хрусталь. Он моментально сменил фарфоровые статуэтки и стеклянную посуду.

Хрусталь в домах демонстративно стоял на самом видном месте, сверкал в «горках» и «стенках», как на алтарях. Ковры не стелили на пол, как когда-то в Византии, а вешали над кроватью, прикрывая холодные и не очень ровные стены, в качестве украшений – картин.

В 1970-х мой отец, после долгих уговоров моей мамы, купил и повесил каждому над кроватью по ковру, и семья, по словам хозяйки дома, зажила «волшебно». Вскоре появились «стенка» с «горкой», и с каждой зарплатой полки в «горке» все ярче блестели и тяжелели. Выстраивались безумные инсталляции в витринах для хрусталя.

Можно сказать, что 70-80-е, счастливые годы моей юности, я провел в уютной, «коврово-хрустальной» атмосфере беззаботного советского детства, лежа под огромным ковром, который поглощал мое воображение своим абстрактным узором.

Ковер и хрусталь – это символы высокого уровня потребления и достатка советской семьи. В этих пристрастиях можно увидеть евро-азиатские эстетические вкусы советского народа.

Хрусталь – запад. Ковры – восток.

Две советские ценности – хрусталь и ковры – использовались в качестве материала для создания двух главных элементов советского мира: Центра, что несет в себе форму и значение, и Мандалы – того, что его окружает.

Анатолий Ганкевич

А. ГАНКЕВИЧ, "СОВЕТСКАЯ МАНДАЛА", ВИНЗАВОД, 2014